Зато лёгкая Кирилка устроилась лучше некуда. Место ей досталось рядом с круглым оконцем. За стеклом светило солнышко, ярко сверкало морозным инеем поле аэродрома.

Чуть впереди и повыше оконца протянулось огромное крыло. Под ним висел мотор с пропеллером. Пропеллер вдруг начал вертеться с такой быстротой, что исчез из глаз, и на месте его остался лишь прозрачный круг. За бортом самолёта загудело, по бетонной дорожке побежали тонкие снежные ручьи, поле вдруг тоже побежало, — самолёт тронулся.

Тётя проговорила взволнованно и сипло:

— Внимание! Пристегнуть ремни!

Кирилка подняла глаза, увидела на переборке светящуюся надпись, пошарила вокруг и сразу нашла два ремня с пряжками.

Тётя в своём кресле тоже закопошилась. Она изо всех сил стала дёргать такие же ремни, всё пыталась застегнуть их вокруг себя и чемодана, но ремни не сходились.

«Горе моё!» — подумала Кирилка и с большим трудом помогла тёте застегнуться.

В салон вошла строгая бортпроводница. Она объявила, на какой высоте, с какой скоростью полетит самолёт, как звать-величать командира. Потом добавила:

— Во время полёта прошу не курить. Желаю доброго пути!

Тётя робко, как школьница, подняла руку:

— Курить мы не будем, но почему на креслах ремни тугие такие?

Бортпроводница шагнула к тёте, молча расстегнула тяжёлые пряжки, просунула и крепко защёлкнула их там, где положено. Между тётей и её драгоценным чемоданом.

А путь оказался и вправду недолгим. Уже через час самолёт пошёл на снижение, и как только он в Кызылкуле покатил по снеговой дорожке, тётя сразу оживилась, моментально забыла весь свой конфуз.

— Глянь-ка! Впрямь не успели опомниться, и уже приехали! Теперь верю, пирог привезём свеженьким. Теперь лишь бы нас не подвёл этот самый Козлик.

— Не подведёт! Будьте уверены! — сказала Кирилка.